Как меняет миграция ценности в кыргызской семье?
Был февраль 2011 года. Мы пришли в один дом на окраине айыла Баткена оказать последнюю честь усопшему аксакалу. Огромный с виду дом напомнил мне оставшуюся после отхода полководца ставку хана. Раньше это был дом, наполненный жизнью детей, внуков и правнуков, напоминающий рынок в воскресный день, дом, полный благодати и счастья. Теперь и аксакал, а за ним и его жена покинули этот мир, дети разъехались в разные стороны, дом остался пустым, напоминает дворец без хозяина.
Сегодня за этим домом смотрит молодая женщина с двумя детьми двух и четырех лет. Ее здесь оставили, обманув, мол, «ты теперь хозяйка всему добру», но ее обязанности ничем не отличаются от обязанностей сторожа.
Нас она расположила в почетной комнате, накрыла дасторхан, поставив две черствые лепешки, затем поспешила поставить чай. Уже наступил вечер. Стало темнеть. Молодая женщина бросилась откручивать электрическую лампочку из комнаты, где сама живет и вкрутила ее в комнату, где сидели мы.
Дома холодно. Они обогреваются кизяком, сложенным во дворе. Ее дети сидели совсем близко к печке. Оказалось, что ее муж вот уже несколько лет работает в Москве. Ежегодно приезжает один раз, проводит с детьми несколько недель и уезжает обратно. Он сын одного из уважаемых аксакалов айыла. Мы слышали, что он там женился. Здешней жене изредка присылает 100-200 долларов, других вестей от него нет. Я был с ним знаком.
Между тем прошло полтора года, этой осенью я в Москве встретился с мужем той молодой женщины. Стал приглашать меня к себе домой, обещая познакомить с женой. Я пошел. Тогда я и услышал от них самих, как Сансыз и Айгуль стали жить вместе в Москве.
(Читать дальше...)
Был февраль 2011 года. Мы пришли в один дом на окраине айыла Баткена оказать последнюю честь усопшему аксакалу. Огромный с виду дом напомнил мне оставшуюся после отхода полководца ставку хана. Раньше это был дом, наполненный жизнью детей, внуков и правнуков, напоминающий рынок в воскресный день, дом, полный благодати и счастья. Теперь и аксакал, а за ним и его жена покинули этот мир, дети разъехались в разные стороны, дом остался пустым, напоминает дворец без хозяина.
Сегодня за этим домом смотрит молодая женщина с двумя детьми двух и четырех лет. Ее здесь оставили, обманув, мол, «ты теперь хозяйка всему добру», но ее обязанности ничем не отличаются от обязанностей сторожа.
Нас она расположила в почетной комнате, накрыла дасторхан, поставив две черствые лепешки, затем поспешила поставить чай. Уже наступил вечер. Стало темнеть. Молодая женщина бросилась откручивать электрическую лампочку из комнаты, где сама живет и вкрутила ее в комнату, где сидели мы.
Дома холодно. Они обогреваются кизяком, сложенным во дворе. Ее дети сидели совсем близко к печке. Оказалось, что ее муж вот уже несколько лет работает в Москве. Ежегодно приезжает один раз, проводит с детьми несколько недель и уезжает обратно. Он сын одного из уважаемых аксакалов айыла. Мы слышали, что он там женился. Здешней жене изредка присылает 100-200 долларов, других вестей от него нет. Я был с ним знаком.
Между тем прошло полтора года, этой осенью я в Москве встретился с мужем той молодой женщины. Стал приглашать меня к себе домой, обещая познакомить с женой. Я пошел. Тогда я и услышал от них самих, как Сансыз и Айгуль стали жить вместе в Москве.
(Читать дальше...)
Comments
Post a Comment